Aqualangum - Brighter than sunshine
Белла
- Поставь на место, Каллен! – зарычала я, запрыгивая на диван и направляя на него пистолет. Водяной (к счастью или к сожалению, я пока не определилась).
- Но, но, но, поменьше резких движений, мамаша! – ответил он, выставляя руки вперед, в одной из которых была туфелька от Джимми, а в другой сапожок от Прада.
- Хватит называть меня «мамашей», - завизжала я и в сердцах, вместо того, чтобы нажать на курок кинула в моего бедного парня саму игрушку. К слову сказать, она была довольно тяжелой. И, конечно, Эдвард был не в курсе, что от папочки полицейского мне по наследству досталась охренительная меткость, иначе бы он не стоял и не улыбался во всем тридцать два, а все-таки пригнулся.
- Ауууч! Белла… - туфелька и сапожок с шумом вывалились из рук мужчины на пол, куда присел и он сам.
Мои глаза округлились от страха, а внутри все сжалось, и я побежала к нему, присев рядом и пристально изучая место, куда угодила злосчастная игрушка, то бишь лоб. Эдвард морщился и словно маленький мальчик никак не хотел убираться ручку от ушибленного места, насупившись и смотря в пол. Щечки красные, губки бантиком, ребенок, ну, что тут скажешь?
- Эдвард? Эдвааард… Ну, простииии… - протянула я самым сладким из своих голосков. Я знала, что на него это подействует, и его голова дернулась, уже почти поднимаясь. – Ну, я не специально. Тебе очень больно? Давай поцелую?
Понимая, что проигрыш близко, он сильнее прижал руки ко лбу и закачал головой из стороны в сторону.
- Поставь на место, Каллен! – зарычала я, запрыгивая на диван и направляя на него пистолет. Водяной (к счастью или к сожалению, я пока не определилась).
- Но, но, но, поменьше резких движений, мамаша! – ответил он, выставляя руки вперед, в одной из которых была туфелька от Джимми, а в другой сапожок от Прада.
- Хватит называть меня «мамашей», - завизжала я и в сердцах, вместо того, чтобы нажать на курок кинула в моего бедного парня саму игрушку. К слову сказать, она была довольно тяжелой. И, конечно, Эдвард был не в курсе, что от папочки полицейского мне по наследству досталась охренительная меткость, иначе бы он не стоял и не улыбался во всем тридцать два, а все-таки пригнулся. - Ауууч! Белла… - туфелька и сапожок с шумом вывалились из рук мужчины на пол, куда присел и он сам.
Мои глаза округлились от страха, а внутри все сжалось, и я побежала к нему, присев рядом и пристально изучая место, куда угодила злосчастная игрушка, то бишь лоб. Эдвард морщился и словно маленький мальчик никак не хотел убираться ручку от ушибленного места, насупившись и смотря в пол. Щечки красные, губки бантиком, ребенок, ну, что тут скажешь?
- Эдвард? Эдвааард… Ну, простииии… - протянула я самым сладким из своих голосков. Я знала, что на него это подействует, и его голова дернулась, уже почти поднимаясь. – Ну, я не специально. Тебе очень больно? Давай поцелую?
Понимая, что проигрыш близко, он сильнее прижал руки ко лбу и закачал головой из стороны в сторону.
